Нанотехнологии - УрФО

Перейти на основной сайт
ИА ИНВУР Логотип Инновационного портала УрФО
Вы здесь: Главная // Аналитика

«ПЕРЕПРОГРАММИРОВАНИЕ» НАУЧНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В РОССИИ: НОВЫЙ ЭТАП СНИЖЕНИЯ ОТЕЧЕСТВЕННОГО ИНВЕСТИЦИОННОГО И ИННОВАЦИОННОГО ПОТЕНЦИАЛА?

Добавлено: 2012-10-10, просмотров: 870


Источник: Инвестиции в России, Леонид РАТКИН

Особенности проекта Программ фундаментальных научных исследований государственных академий наук на 2013-2020 гг и их возможные последствия


Министерство образования и науки Российской Федерации – не единственный, но один из ключевых органов исполнительной власти, в т.ч., обеспечивающих планомерное развитие научно-образовательной инфраструктуры в РФ. Особенности проекта Программ фундаментальных научных исследований государственных академий наук на 2013-2020 гг и их возможные последствия рассматриваются в публикации.

Департаментом государственной научно-технической и инновационной политики Министерства образования и науки России во исполнение поручения Правительства РФ от 12.03.2012 № ВС-П8-1377 к середине сентября был рассмотрен проект Программы фундаментальных научных исследований государственных академий наук на 2013-2020 гг (далее – Программы). В ходе согласования в заинтересованных Федеральных органах исполнительной власти (ФОИВ) прояснился ряд их позиций по принципиальным положениям, в т.ч., затрагивающим различные аспекты развития научно-образовательной инфраструктуры.

В соответствии с утвержденными Указом Президента Российской Федерации от 11.01.2012 № Пр-83 документом «Основы политики РФ в области развития науки и технологий на период до 2020 г и дальнейшую перспективу», согласно п. 8, направления развития фундаментальных научных исследований (ФНИ) в РФ формируются в определяемом Правительством РФ порядке. Но, оказывается, что порядок определения направлений развития ФНИ законодательством РФ не установлен! Раз так, не представляется возможным определить их соответствие направлениям развития ФНИ государственных академий наук! Например, в Российской академии наук (РАН) – одиннадцать направлений развития ФНИ, соответствующих названиям отделений, но из-за законодательного пробела (возникшего по какой причине и чьей вине?), идентифицировать их очевидную принадлежность к перечню проекта Программы невозможно. Неужели математические и физические науки уже не относятся к числу приоритетных в РФ? Или для включившейся в «нанотехнологическую гонку» России (пока, к сожалению, в числе догоняющих!), нанотехнологии и информационные технологии не так уж и важны? Можно привести еще много примеров по научным направлениям, показывающих всю несуразность и неестественность ситуации, возникшую в результате элементарной законодательной недоработки, которую необходимо устранить в ближайшее время. Но если бы эта недоработка была одна!

Министерством образования и науки РФ предлагается также обосновать внесение в План ФНИ РАН на 2013-2020 гг новых направлений ФНИ «Глобальные проблемы и международные отношения», «Физиология и фундаментальная медицина», «Историко-филологические науки» и «Общественные науки» и ряда прикладных исследований. В качестве аргумента Минобрнауки РФ приводится ссылка на статью 2 Федерального закона «О науке», но эта аргументация неубедительная, как, впрочем, и весьма спорно признание того факта, что например, историко-филологические науки относятся к «новым» направлениям научных исследований.

Минобрнауки РФ в полемике с Российской академией наук не могло не обойти «любимую» тему индексов цитируемости. Для каждой государственной академии наук предлагается введение целевого показателя доли публикаций российских исследователей в мировых научных журналах, индексируемых в базе данных «Сеть науки» (WEB of Science). Желание Минобрнауки РФ поскорее «загнать российскую Науку со всеми ее учеными» в сеть вполне понятно и объяснимо, но парадокс в том и состоит, что авторы данного предложения не знакомы с реальной мировой практикой, и нередко предлагают не комплексное, а частичное решение, не обеспечивающее получение необходимого результата.

Прежде всего, если Минобрнауки РФ желает рассчитать реальный индекс цитируемости работ для каждого (или большинства) научных сотрудников, необходимо выделить для всех государственных академий наук средства на оцифровку публикаций, которые в этот индекс цитируемости до сих пор не включены. Российский индекс цитируемости имеет гораздо более короткую историю, чем зарубежные, и игнорирование данного факта ведет к намеренному искажению результатов «индексной» отчетности. Крайне важно проводить работы по оцифровке публикаций параллельно, поскольку необходимо еще и вести текущую научную деятельность, результаты которых должны найти отражение, в т.ч., в новых публикациях. Если это справедливое требование будет выполнено, и временные границы отечественного и зарубежного индекса цитируемости сравняются, то отчетные данные будут выглядеть иначе – присутствие российской Науки на мировом рынке инновационной продукции, даже в цитатах, будет выглядеть более весомо.

Кроме того, до сих пор не искоренена практика, когда научные сотрудники, работающие в РАН и других государственных академиях наук, предоставляющих регулярные отчеты о научной деятельности, в т.ч., с указанием перечня публикаций, неправильно и неполно указывают публикации в отчетных документах по итогам их работы. Тем самым сокращается количество публикаций по линии государственных академий наук, что искажает данные о проводимых научных исследованиях. На данный вопрос по отношению к РАН неоднократно обращал внимание Президент РАН Ю.С.Осипов. Может, для решения данной проблемы необходимо дополнительное законодательное разрешение ситуации? Например, обязать вести учет уполномоченные специальным документом структуры, а для исключения ситуации двойного счета указывать приоритетность публикации. Но для успешного решения проблемы важно устранить до сих пор существующий законодательный пробел, связанный с авторским правом. Автор неоднократно сталкивался с ситуацией, когда опубликованную статью предлагали разместить в другом издании и даже в нормативно-правовой системе в качестве экспертного мнения. На мою просьбу указать издание, в котором она была впервые опубликована, запрашивался договор, на основании которого публикация была проведена. Если договора не было (кстати, все ли авторы публикаций и всегда ли заключают эти договоры?), редакторы другого издания печатать ссылку на издание, впервые опубликовавшего материал, отказывались. Вот пример искусственного сокращения количества ссылок на первоисточник-публикацию! И пока не будет внесена соответствующая законодательная поправка, обязывающая любое печатное или электронное СМИ, включая даже нормативно-правовые системы, указывать первоисточник, наши отчетные данные по индексам цитируемости будут неточны.

Наконец, любители из Минобрнауки РФ оценивать научную деятельность по индексу цитируемости забыли о закрытых публикациях. Приводя в качестве примера данные из открытых источников, они намеренно умалчивают, что ни одну работу по военным разработкам, содержащим данные о государственной тайне, в открытом доступе найти нельзя. Все несанкционированные «выкладки» закрытой информации в открытом доступе, включая результаты хакерских атак и взломов сайтов, являются временными, а действия, принимаемые пострадавшей стороной, оцениваются в соответствии с внутренним правом той страны, которая подверглась нарушению прав доступа к закрытой информации. Для закрытых публикаций необходима разработка оценки индекса цитирования работ, составляющих государственную тайну. У механизма учета закрытых публикаций – свои особенности. Например, создание базы данных закрытых публикаций разных стран возможно лишь для узкого, предварительно оговоренного и узко ограниченного количества частных случаев отдельных работ в рамках коллективного договора по конкретным закрытым объектам совместного пользования, - в общем случае идея, очевидна, бессмысленна! Но как Минобрнауки РФ планирует объективно оценивать работу государственных академий наук только на основании индексов цитируемости открытых публикаций? Ведь закрытые разработки, описание которых присутствует в соответствующих публикациях, имеются у ученых практически всех государственных академий наук! Игнорирование их ведет к искажению отчетности – увы, опять намеренному! Значит, эти системы нужно создавать и развивать. Важно Минобрнауки РФ совместно с рядом других организаций, относящихся к соответствующим ФОИВ, выделить средства на разработку системы учета закрытых публикаций для каждой государственной академии наук. И только после ознакомления с содержимым функционирующей системы можно оценить итоговый индекс цитирования ученых по открытым и закрытым публикациям!

Вообще, после анализа предлагаемых поправок Минобрнауки РФ в проект Программ ФНИ государственных академий наук на 2013-2020 гг, в т.ч., с рядом принципиально неприменимых положений, складывается впечатление, что они готовились разными людьми, нередко даже бегло не ознакомившимися с тем, что предложил их коллега, или что уже существует в структуре Программы. Например, в состав Координационного совета предлагается включить представителей Минздрава РФ и Минсельхоза РФ, хотя их участие в деятельности Совета – очевидный факт. Другое положение: Минобрнауки РФ предлагает включить в проект программы раздел по фундаментальным и поисковым исследованиям для целей создания принципиально новых видов и систем вооружения и военной техники, - как это можно сделать только на основании любимого индекса цитирования открытых публикаций? Еще бюрократический перл: «недостаточно уделено внимания проблемам развития и управления крупных агломераций, не нашли предложения по решению проблем моногородов» - а как их можно решать, кроме как развивая регионы? Не поэтому ли Минрегион РФ считает, что проект Программы ФНИ государственных академий наук требует доработки?

Но, пожалуй, наиболее необычными выглядит раздел показателей эффективности государственных академий. По мнению Минобрнауки РФ, необходимо предусмотреть, в т.ч., «активность во внешнем профессиональном мире и признание профессиональной компетенции внешними экспертами» (как это собираются оценивать – считать награды, конкурсы и экспертные советы?), «количество реально действующих научных площадок» (учитывать все мастер-классы, лекции и курсы?). «Патентная песня» Минобрнауки – прежняя: считаются патенты в России, СНГ и G20,– но если бы в министерстве знали, к чему аналогичная политика в вузах приводит на местах, не доходило до ненормальной ситуации, когда на кафедрах развешены утвержденные ректором поквартальные планы по патентованию! Излишне придирчивыми выглядят требования Минобрнауки РФ по доле публикаций с импакт-фактором от 0,8 и выше (и что делать, если он ниже – искусственно поднимать?) и по количеству академиков с высоким индексом цитирования в Thomson Reuters (поскольку штаты государственных академий наук утверждены соответствующими документами, один из наиболее надежных способов – увеличение числа академиков!). Но из года в год, из отчета в отчет «кочует» одна и та же неточная формулировка «доля исследователей в возрасте от 30 до 39 лет в общей численности исследователей». На мой взгляд, настоятельно необходима ее корректировка.

Согласно существующей нормативно-правовой базе РФ, молодым ученым является кандидат наук до 35 лет или доктор наук до 40 лет. Но в ряде стран понятие «молодой ученый» не применяется в привычном для нас смысле. Во-первых, за рубежом не возникали ситуации, способствовавшие разрушению научных школ в девяностые годы прошлого века, а даже явные сторонники тех реформ признают, что высшая школа России в результате существенно пострадала. Во-вторых, среди друзей и сверстников моих немало тех, кто уехал за рубеж и для них понятие «young scientist» сродни характеристике новичка в местной научной сфере. Там и 40, и даже в 50 можно быть полноценным «молодым ученым».

В чем же дело? В фундаментальной и прикладной науке возникла «брешь» – тридцатилетних и сорокалетних в Науке стало меньше, чем представителей других возрастных групп. Двадцать лет назад на их глазах в научной сфере произошло резкое ухудшение ситуации, связанной с финансированием. Но если выборка тридцатилетних понемногу восполняется за счет аспирантов, то с сорокалетними наблюдается недобор. И мы подходим еще к одной причине, обуславливающей необходимость корректировки данного законодательного определения в нормативно-правовой базе.

В-третьих, в школе давно увеличилось количество классов, и в Правительстве РФ обсуждают насущную необходимость повышения пенсионного возраста. Временная шкала, согласно которой выпускник становится абитуриентом и начинает подрабатывать, потом заканчивает институт и идет работать, а после долговременных трудов оформляет пенсию, сдвигается в сторону роста. На ряде конференций мне иностранные коллеги в разных вариантах задавали вопрос касательно статуса «молодого ученого» в России и временных границ пребывания в нем и после общего ответа интересовались, намеренно уточняя: а почему у Вас кандидат наук – только до 35 лет, и доктор наук – строго до 40 лет?

Неудобно было отвечать, хотя негативной информации могло прозвучать много. Например, кандидат наук, защитившись в 30 лет, ежегодно ездил на оплачиваемые вузом конференции и чувствовал моральную поддержку коллектива во всех благих начинаниях. Но едва он отпраздновал 35, как он, согласно действующей нормативно-правовой базе, «выпал из обоймы» молодых ученых, и вынужден был изыскивать средства на конференции и гранты на исследования сам, а на его место взяли другого, который был моложе. Средств на оплату конференций и новых грантов он оперативно найти не смог, резкого изменения отношения со стороны коллег не перенес и из Науки ушел в бизнес без желания когда-либо вернуться. Эта история – одна из многих, которая жестко учит реалиям жизни и конкурентной работы-борьбы в российской Науке в условиях ограниченного финансирования, к которому опять-таки имеет прямое отношение Минобрнауки РФ. Поэтому верхнюю возрастную планку для «молодых ученых» - кандидатов и докторов, необходимо поднимать, и чем скорее мы это сделаем, тем больше ученых сохраним для будущего российской Науки!

Завершая рассмотрение проекта Программы ФНИ и замечаний ФОИВ, отметим, что для блага научной России необходимо первоочередное законодательное решение ряда других, более важных вопросов, чем навязывание своей точки зрения государственным академиям наук.

Например, разработана операционная система для планшетного компьютера, применимого на предприятиях и в организациях Минобороны РФ. В отечественных и зарубежных СМИ был представлен исчерпывающий отчет о проведенной презентации продукции у заместителя Председателя Правительства Российской Федерации Д.О.Рогозина. Из информационной обоймы выпал один факт - государственная форма собственности разработчика препятствует развитию его финансово-экономической деятельности. Почему разработчик операционной системы по-прежнему имеет статус ФГУП? Отечественные и даже иностранные инвесторы не имеют возможности развития полномасштабного сотрудничества с оборонным предприятием по гражданским разработкам в рамках внутри-российских и международных проектов. Капиталовложения в новую продукцию осуществляются с опозданием, счет идет не на месяцы, а уже на кварталы, а руководство предприятия намеренно затягивает, явно медлит с очевидным преобразованием ФГУП в ОАО, игнорируя очевидные преимущества, которые получает предприятие от смены формы собственности. Кстати, предлагаемое преобразование будет стимулировать и рост научной активности на предприятии и подготовку нового поколения научных кадров – в предыдущие годы диссертационный совет не демонстрировал явной активности (и это несмотря на непрерывно проводимые научные разработки!), а в отдельные годы вообще не принимал к защите ни одной работы!

Другой пример: прошедший в конце сентября 2012 г в Москве Конгресс предприятий наноиндустрии. Обстановка форума способствовала не формальному проведению, а живому обсуждению актуальных проблем развития нанотехнологической промышленности. Участникам запомнился доклад руководителя РОСНАНО А.Б.Чубайса, поведавшего, в частности, о необычной судьбе одного проекта. Занимаясь разработкой конкретной наноиндустриальной продукции, коллектив с удивлением обнаружил, что создаваемые им изделия не имеют разрешительной документации на территории России. Сотрудникам, чтобы не быть обвиненными в противозаконной деятельности, пришлось в срочном порядке оформлять всю разрешительную документацию, и к началу производства она была готова. К сожалению, не все так просто на макроуровне. В другом докладе на Конгрессе был проведен анализ нормативно-правовой базы в России, в ходе которого выяснилось, что до сих пор не существует четкого законодательного определения «трансфер технологий». К числу тривиальных оно не относится, в документах используется по-разному. К каким серьезным разночтениям это может привести не только в долгосрочной, но даже и в ближайшей перспективе, очевидно.

И напоследок – небольшая и не самая яркая иллюстрация того, к чему может привести безумное и бездумное «перепрограммирование» научной деятельности в России. Это не телерапорты-шоу об успехах отечественных оборонных предприятий в стиле сериала «Великолепный ВПК», а результат намеренного длительного систематического развала российской «оборонки». Сотрудники ОАО «Центральное конструкторское бюро специальных радиоматериалов» («ЦКБРМ») в августе узнали о том, что по отношению к их предприятию осуществляется попытка рейдерского захвата с целью последующего уничтожения.

Чем же и для кого так опасно ОАО «ЦКБРМ»? Предприятие разрабатывает и является единственным изготовителем маскировочных комплектов для скрытия комплекса «Искандер-Э». Они обеспечивают надежную защиту от РЛС и оптических систем разведки противника. Разработчики СВЧ–керамических подложек для производства фазовращателей комплексов С-300 и самолетов МИГ имеют план поставок в рамках Программы государственного оборонного заказа с 2012 по 2017 годы, предполагающий удвоение непрерывного выпуска продукции каждый год.

Может, ОАО - должник? Перед ресурсообеспечивающими предприятиями г. Москвы, а также по налогам и сборам задолженностей нет. Финансовое положение ОАО устойчивое, не в какие холдинги не входит. Оба московских здания (Красноказарменный проезд, д.14А, корп. 19, и Варшавское шоссе, д. 125Б) с земельными участками, на которых они расположены, принадлежат ОАО «ЦКБРМ» на праве собственности. Всё имущество находится на балансе ОАО. С апреля 2009 года единственным акционером ОАО «ЦКБРМ» является Государственная корпорация (ГК) по содействию разработке, производству и экспорту высокотехнологичной промышленной продукции «Ростехнологии», отношения между ним и ОАО регулируются Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах», в соответствии с которым акционером не допускается продажа имущества ОАО, тем самым создавая препятствия в осуществлении ОАО хозяйственной деятельности.

Между тем, ссылаясь на письмо ГК «Ростехнологии» №РТ 6700-7772 от 12.07.2012, в ГК «Ростехнологии» и ОАО «Росэлектроника», предпринимаются действия, направленные на продажу зданий и земельных участков, принадлежащих ОАО «ЦКБРМ». При этом нет решений совета директоров или общего собрания акционеров относительно реорганизации ОАО «ЦКБРМ», оценки и/или отчуждения его недвижимого имущества. Здания ОАО «ЦКБРМ» выставлены на продажу 27.08.2012 и 03.09.2012 двумя риэлторами…

Выводы:

1. «Перепрограммирование» научной деятельности в России с принятием проекта Программы ФНИ государственных академий наук на 2013-2020 гг в полной или даже частичной редакции Минобрнауки РФ без учета всех требований со стороны государственных академий наук неизбежно приведет к снижению капиталовложений в отечественную научно-образовательную инфраструктуру, сокращению инвестиций со стороны российских и иностранных инвесторов и постепенной утрате инновационного потенциала.

2. Увеличение или сокращение численности государственных академий в РФ – достаточно сложная законодательная процедура. Внесение изменений в статью 6 Федерального закона «О науке», согласно которой в РФ существует шесть государственных академий наук: РАН, Российская академия медицинских наук, Российская академия сельскохозяйственных наук, Российская академия образования, Российская академия архитектуры и строительных наук и Российская академия художеств, - трудоемкий процесс, необходимость которого должна быть в полной мере обоснована. Принятию решений по лишению Академии наук статуса государственной на законодательном уровне должно предшествовать прохождение полного цикла экспертизы, в т.ч., с привлечением научной общественности и бизнес–сообщества, специализирующегося в практической реализации технологий, полученных в ходе проведения ФНИ.

3. Предлагаю разработку комплекса инструментов (законодательных, информационных, технологических и т.д.), касающихся формирования индекса цитирования закрытых публикаций. Выделение средств возможно по линии Минобрнауки РФ, Минсвязи РФ, Минобороны РФ, МВД и ряда других организаций. В частности, предлагаю ввести в нормативно-правовую базу законодательный термин «трансфер технологий». Также предлагаю внести поправку в нормативно-правовую базу РФ, повысив возрастные границы для определения «молодой ученый»: для кандидатов наук – с 35 до 40 лет, и для докторов наук – с 40 до 45 лет. Данная мера позволит привлечь дополнительные кадры в научную и образовательную сферу и повысит инвестиционную привлекательность отечественной научно-образовательной инфраструктуры.

В конце сентября – начале октября были обнародованы макроэкономические показатели за последние отчетные кварталы. Проблемы реализации инвестиционных проектов в условиях продолжающейся рецессии будут рассмотрены в следующей публикации.